Categories
News Reviews

1. Russia from Michael_Novakhov (114 sites): Настоящее Время – VOA: Жители Херсона – о жизни в городе: “Страшно из-за постоянных обстрелов, но когда были русские – было еще страшнее”


Listen to this article
Пять месяцев назад, в начале ноября 2022 года, украинские военные освободили Херсон, единственный областной центр, который был захвачен Россией после начала полномасштабного военного конфликта. Однако сильно отодвинуть линию фронта от города не получилось: российские военные по-прежнему находятся на другом берегу Днепра, из-за чего им удобно обстреливать город. Только за последние сутки в Херсоне зафиксировали 5 обстрелов и 17 прилетов по городу, в том числе российские военные обстреляли городскую больницу. В здании пострадали окна, но, к счастью, обошлось без жертв.

Сейчас в областном центре находится около полусотни тысяч жителей: из-за постоянных обстрелов люди боятся возвращаться. Город оживает лишь на несколько часов днем, а с наступлением вечера опять погружается в темноту. Корреспондент Настоящего Времени Борис Сачалко съездил в Херсон и поговорил с его жителями.

****

Сергей – известный в Херсоне волонтер. Во время оккупации с женой в местном отеле устроил убежище для тех, кто бежал от войны.

“Руководство, собственники отеля дали разрешения 25 февраля, чтобы отель превратился на убежище, в центр переселенцев, – вспоминает он. – А я до войны работал в отеле, и они предложили: “Справишься?” А я говорю: “Думаю, да”.

Так Сергей стал волонтером: люди в его отеле живут и по сей день. Волонтер вспоминает, что, когда Херсон был захвачен россиянами, украинская армия его почти не обстреливала. А когда город наконец-то был освобожден, ситуация резко изменилась и обстрелы стали постоянными.

“​Сейчас из за постоянных обстрелов страшно, стремно, ссыкотно, не знаю, как сказать по-другому​”, – ​признается Сергей. Но тут же замечает: “Когда были русские – ​было страшнее. Всем было страшнее!”

Истории партизан, которые действовали против россиян в Херсоне:

Сергей говорит, что сегодня помощь требуется уже самим херсонцам, в первую очередь – тем, чьи дома разрушены обстрелами. Поэтому он снабжает людей не только продуктами, но также стройматериалами и инструментами.

“Только позавчера приехала знакомая, приехала из Германии. В эту же ночь ей прилетело возле дома, – рассказывает он о жизни в городе. – И ​она говорит: “Нет!” Собралась и уехала. А меня здесь держит только то, чем я занимаюсь. Больше ничего”.

Анна – глава местного жилищного кооператива. В ее доме осталось несколько десятков человек, в основном – люди старшего возраста. В дом недавно попало два снаряда. Один залетел в окно и убил пожилую женщину, второй – попал в крышу: его обломки от этого взрыва торчат на верхнем этаже до сих пор.

“Я не знаю, что это торчит, я стараюсь об этом не думать, – говорит Анна. – Люди безбашенные, надо сказать. Вот они так и ходят мимо этого, прямо под домом. Обломки их не смущают. Они просто переступают вот эти камни и идут дальше”.

Для перекрытия дыры на крыше волонтеры привезли Анне ОСБ-плиты: многослойные пропитанные листы из древесной стружки.

“Пока временно заделаем. Потом, когда все будет мирно, тогда будем думать, как переделывать”, – говорят ремонтники-волонтеры.

Модульные домики в разрушенных селах Херсонской области: что говорят о них местные жители?

Сергей также привез Анне мешки с картошкой, позже за ними позже придут местные жители. Анна, как и ее соседи, уезжать из Херсона не хочет, несмотря на обстрелы:

“Херсон – мой город. Я отсюда никуда не денусь, – ​говорит она. – ​Надеюсь, что скоро нас перестанут бомбить. После этого сюда приедут наши люди – мои соседи, мои родные, любимые. Ну а я вернусь к своей настоящей работе: я банковский работник, менеджер”.

Каждый день у Сергея бывает несколько таких выездов для ремонта поврежденных домов. Иногда он с волонтерами просто помогает хозяевам, иногда, когда хозяева пожилые или немощные люди, волонтеры работают сами.

“Вон там по-над печкой еще смотрите, все поваляло. Нам хотя бы крышу накрыть, чтобы вода не шла. Оно ж все сыпется”, – описывает фронт работ хозяйка. На вопрос, можно ли еще можно спасти дом, женщина вздыхает: “Я не знаю… я надеюсь на это… я надеюсь…”

Делать крышу в этом доме волонтерам приходится в бронежилетах: как раз с началом их работы в небе начинает жужжать квадрокоптер.

“Вы, ​главное, смотрите вверх. Потому что прилетит херня – и не убежишь”, – предупреждает Сергей.

Затем Сергей едет на еще один, на сегодня последний адрес для ремонта. Там крышу будет делать он сам: она повреждена взрывной волной и прямым попаданием снаряда.

“Я считаю, что все нужно делать в той мере, в которой мы можем: что можем, то и делаем, – говорит он. – Усталость, конечно, бывает, но больше моральная. Потому что вот ты приехал зашил хату, а тебе через неделю звонят и говорят: оно все вышло. Или еще хуже: хаты нет. Тогда просто начинают опускаться руки”.

По разным подсчетам, в Херсоне сейчас остаются около 20% жителей от довоенного населения города, или приблизительно 50-60 тысяч человек. Но херсонцы, которые остаются в городе, говорят, что эта цифра существенно ниже и в городе осталось лишь около 35 тысяч человек.

“Херсон? Херсон похож на брошенного человека, на полуживой город, – говорят они. – Но на того, кто борется”.

“Страх, если честно, есть. Но транспорт работает, магазины работают, люди приезжают. Все уже, как тот цветок, расцветает”, – замечают они.

“Можно ли возродить Херсон? Я в это верю. На это надеюсь. Только из-за этого мы этим и занимаемся – чтобы люди видели, что здесь что-то происходит, – говорит о своем родном городе Сергей. – И чтобы люди видели, что, если эти черти уйдут, сюда можно возвращаться. Надеюсь, что еще чуть-чуть и все смогут жить как раньше!”

Настоящее Время – VOA

1. Russia from Michael_Novakhov (114 sites)